КПРФ

КОММУНИСТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОМСКОЕ ОБЛАСТНОЕ ОТДЕЛЕНИЕ

ВКонтакте Одноклассники Facebook Youtube RSS

Геннадий Зюганов: Провидец и воин

27.02 12:58

С Александром Андреевичем Прохановым меня свела случайность.

В то время — в конце восьмидесятых годов — я прорабатывал очень много вопросов для рассмотрения на Политбюро. Для этого приходилось ездить по стране, в том числе во все горячие точки, которые тогда охватили Северный Кавказ, Среднюю Азию, Прибалтику. Я знал не понаслышке о проблемах, которые множились, — их нужно было решать.

И вдруг — это было в 1990 году — мне попалась статья Александра Проханова "Трагедия централизма", опубликованная в "Литературной России". Я был поражён точностью, глубиной исследования проблем, с которыми мы сталкивались каждый день, готовя сопротивление той агрессии, что тогда обвалилась на нашу страну, нашу партию и в целом на наш народ.

Надо сказать, что в то время я обошёл все "большие кабинеты", доказывая, что КПСС — не просто партия, а система государственно-политического управления, и ломать её, как ломали один по глупости, другой по пьянке, — это величайшее преступление. Но понимание встретил не у многих. Активно меня поддержали Маслюков, Бакланов, Полозков.

Прочитав статью, я увидел, насколько её автор глубоко понимает проблемы, которые волновали меня. Я решил встретиться с Прохановым. Он пришёл ко мне в кабинет на Старой площади, и у нас состоялась интересная беседа — мы сидели допоздна. Меня поразило и порадовало, что он, не будучи партийным функционером, руководителем, рассуждал как крупный державник, человек, прекрасно понимающий, как работает советская государственная машина. Не случайно свою статью он назвал "Трагедия централизма": такое крупное государство, как наше, попросту не может существовать без эффективного управления, без сильной вертикали, талантливых людей, без чувства коллективизма, без высокой духовности и социальной справедливости.

Та плеяда руководителей, которая окружала Горбачёва, уже оторвалась и от жизни, и от народа, она решала свои задачи, которые тогда ещё многим не были очевидны. Но их прекрасно понимал Проханов, объехавший многие горячие точки, побывавший почти на всех войнах, в которые наша страна была так или иначе вовлечена. У Саши уникальный жизненный опыт — таким редко кто обладает. Он рассуждал как истинный гражданин, как глубокий мыслитель. У меня была похожая жизненная дорога, поскольку я посещал все проблемные регионы. Мы говорили с ним на одном языке, нас волновали одни и те же вопросы. Потому мы сразу сблизились и подружились.

Что меня в нём очень вдохновляло? Он был похож на монашествующих проповедников, которые сражались не мечом, но духовным воинствующим словом. Вот и Проханов тогда своим пером и мужеством показывал нам всем, что надо делать в суровую минуту.

И не случайно именно в совместных трудах с ним и Валентином Чикиным после наших встреч и бесед, после посещения практически всех российских регионов родились три обращения к народу. В апреле 1991 года в "Советской России" было опубликовано обращение "Пока не поздно", где было сказано, что ситуация складывается драматическая. А до этого, ещё в феврале, мы создали Народно-патриотический союз, который именно Проханов вдохновлял и окормлял. Тогда зародилась идея широкого объединения всех, кто хотел бы сохранить Советский Союз, нашу державу.

В начале мая вышла статья "Архитектор у развалин". Вместе мы также подготовили "Слово к народу", что вызвало жуткий вой либералов, на нас началась настоящая атака. Тем не менее "Слово" пробилось к тому, кому было адресовано — к народу. Надо сказать, что против меня, объявив идеологом гэкачепизма, подготовили уголовное дело.

Александр Андреевич всегда и вдохновлял, и просвещал, и благословлял на праведный бой против предателей Родины, предателей нашей Победы, был собирателем патриотических сил. На его поддержку и помощь можно было рассчитывать всегда.

Газета "День-Завтра" была центром духовного, интеллектуального сопротивления. Тогда практически были под запретом и "Правда", и "Советская Россия", и "День", и мы вместе ходили в суды, на манифестации, протестовали, что позволило собрать, сплотить основные патриотические силы. Мы создавали Фронт национального спасения, Народно-патриотический союз. И во всех мероприятиях Проханов не просто участвовал — он был, по сути, идейным вдохновителем, готовил наши акции, печатал материалы, отличался редким мужеством и даром провидения одновременно.

Что меня в последнее время удивляет и восторгает в нём? Он непрерывно работает над созданием идеологии. Он подготовил философию "Вероучение Победы", сформулировав семь сокровенных кодов, ведущих нас к Победе. Я абсолютно согласен с ним, что в нашей государственности есть своя особая стать и особые условия её формирования. На наших гигантских просторах, открытых для набегов со всех сторон, можно было выжить только в условиях сильного, духовно окормлённого государства.

В мире — более двухсот стран. И всего с десяток государств имеют тысячелетнюю историю. На одной руке можно пересчитать страны, которые самобытны, имеют изобретения во всех видах художественного и научно-технического творчества. И только две страны: Россия и Англия — за последние 500 лет не теряли свой суверенитет. Но при этом только у нас на тысячу лет нашей истории выпало 700 лет войн, в которых нам пришлось защищать своё право жить на этих просторах, идти своим путём, дружить с соседями, и только нам удалось собрать под русские знамёна более 190 народов и народностей, не порушив при этом ни одного языка, ни одной веры, ни одной традиции, ни одной культуры. А без сильного, умного, централизованного, духовно окормлённого государства выжить всем этим народам было бы невозможно.

Невозможно было бы попросту просуществовать на наших просторах без чувства коллективизма — сама жизнь нас научила этому. Возьмите такие страны, как Франция, например. Там вдвоём можно слепить хороший дом — из камня. А у нас, чтобы сложить дом из брёвен, положить нижний венец из хорошего крепкого дерева, надо восемь мужиков — иначе не справишься. И чего бы ни коснулся — разработать ли земли под пашню, защититься ли от набегов — всё получалось только сообща. Потому в нашей истории такие формы коллективного взаимодействия и складывались: от крестьянской общины до казачьего круга, купеческого собрания, партхозактива, советского комсомольского или партийного собрания. Наши природа и погода диктовали нам форму общественного согласия. Саша это прекрасно понимал. Всегда можно было прийти к нему в редакцию, захватив кусочек сала, банку мёда, и отдохнуть душой, поговорить сердечно, получить поддержку, наставление, услышать его видение ситуации и проблемы. И во многом моё личное становление как политика, как человека, учёного связано с его творчеством, за что я искренне ему благодарен.

За двадцать лет, в течение которых Владимир Путин стоит во главе государства, он не раз формулировал стратегию развития. Начинал с борьбы с терроризмом, укрепления страны, сохранения территориальной целостности. Мы целиком поддерживали такую стратегию. Затем была стратегия политической стабильности. Мы, левопатриотические силы, прекрасно понимали важность этого, укрепляли эту стабильность в том числе путём создания Патриотического союза, в котором Александр Андреевич принимал активное участие. Затем речь зашла о сбережении народа как государственной стратегии. К сожалению, изменить курс в этом направлении не удалось, и сбережение не получилось.

Сейчас главный упор делается на суверенитет и традиционные ценности. Я с этим совершенно согласен. Но чтобы понять, что суверенитет — это очень сложная система, надо внимательно читать работы Проханова, в которых он выступает как идеолог и философ.

Сегодня говорят о государственном суверенитете. Но есть суверенитет финансовый, однако по-прежнему доллар диктует нам свои порядки. Есть суверенитет экономический, а у нас более половины крупной собственности до сих пор принадлежит иностранцам. Есть суверенитет технологический, однако мы производим пару процентов мировой продукции, а СССР производил 20 процентов и был ведущей электронно-космической державой. Есть суверенитет транспортный — у нас же девять самолётов из десяти — иностранного производства.

Но, говоря о суверенитете, надо начинать с интеллектуального суверенитета, именно он — в основе всего того, что составляет государственный суверенитет во всех областях. А когда нас направили по чужой стезе, когда стали диктовать, что и как нам делать, когда записали, что в Конституции страны не должно быть идеологии, страна обрекла себя на ограниченный суверенитет, а то и на его потерю. Надо начинать именно с интеллектуального суверенитета. И Александр Андреевич, на мой взгляд, предлагает суверенную идеологию.

Незабываемо его блестящее выступление в Думе с видением Русской Мечты — особого пути нашей страны.

В Думе открыта подготовленная нашей фракцией выставка, посвящённая 30-летию КПРФ. Показывая её руководителям фракций, спикеру Государственной Думы Вячеславу Володину, я сказал, что Александр Андреевич, выступая перед нами, поделился своим видением, что может нас спасти и укрепить, надо прислушаться к нему, взять на вооружение его идеи.

Считаю, что идеология Победы, русская идея, народный патриотизм плюс советская справедливость — это то, без чего мы не выживем. Против нас затеяли жуткую, страшную войну — на уничтожение русского мира. И чтобы выстоять и победить, надо руководствоваться прежде всего великой идеей, которая сплотит общество.

Мне думается, что философия, которая приведёт нас к победе, базируется на тех идеях и предложениях, которые всегда последовательно, талантливо и грамотно отстаивал Александр Андреевич. У него удивительное сочетание дара писателя, журналиста и духовника. Я всегда много читал и поражался, как писатели могут на одной странице обобщить целые эпохи. Проханов может в одном даже абзаце подать крупнейшие явления так, что видна их сущность и слышен аромат нашего великолепного русского языка.

Он к тому же соединяет в себе свойства бойца и провидца, в нём удивительное чувство товарищества, умение сплотить и объединить вокруг себя самых разных людей. Когда мы отмечали его 60-летие, на торжестве были люди, которые даже не разговаривали друг с другом — полные противоположности. К моему удивлению и радости все они пришли к нему на юбилей. Он выполнял роль собирателя на новом ковчеге патриотических сил для праведной борьбы.

Пожелаем ему здоровья. Будем сражаться, молиться и побеждать вместе. Будем вместе воплощать Русскую Мечту.