Каждую зиму на трассе Саргатское – Новотроицк случается чудо. Мороз превращает непроходимое месиво в укатанный зимник. Это время «зимнего асфальта» – иллюзии, на пару месяцев создающей видимость нормальной дороги. Борьба за право нормального передвижения в Саргатском районе идет практически весь 21 век. Но вместо ремонта власть предлагает сельчанам новую иллюзию – муниципальную реформу.
Дорога в России – больше чем просто путь из точки А в точку Б. Это лакмусовая бумага государственного внимания, социальной справедливости и уважения к гражданам. История трассы Саргатское – Новотроицкое в Омской области – печальная иллюстрация этого тезиса. Дорога протяженностью в 42 километра – единственная транспортная артерия, кровеносный сосуд для целой сети поселений. Она ведет от районного центра Саргатское через Урусово, Алексеевку, Десподзиновку, Шипицино, Новотроицк, Галицыно к отдаленным Индерам и Куртайлам. От состояния этого пути зависят жизни, здоровье и экономическое выживание почти двух тысяч сельчан. В том числе детей – по трассе, представляющей собой череду ям, разломов и колдобин глубиной до полуметра, дважды в день совершает рейс школьный автобус, везущий учеников из села Урусово в Десподзиновскую среднюю школу. Официальные паспорта безопасности запрещают движение общественного транспорта по таким дорогам. Но альтернативы нет. Весной и осенью водители автобусов, спасая технику и пассажиров, ищут объезды по полям, рискуя застрять в любой момент. Только с приходом зимы наступает короткая пора относительного спокойствия, когда 30 километров от от Саргатки до Десподзиновки, где живет первый секретарь районного отделения обкома КПРФ Александр Уфимцев, можно проехать за сорок минут. «Зимний асфальт», термин, придуманный в России, – временная передышка, данная самой природой. Но под снежно-ледяной коркой продолжает разрушаться дорога.
В 2014 году жители деревень Десподзиновка и Новотроицк, отчаявшись получить ответ на многочисленные обращения в инстанции, перекрыли многострадальную трассу, став живым щитом на пути рейсовых автобусов. Среди них были и рядовые сельчане, и депутаты разных уровней. Даже разной партийной принадлежности – объединились в общей беде. Это был акт гражданского отчаяния, крик о помощи. Власть его услышала, но своеобразно. Организаторам, включая Александра Уфимцева, дали по 30 тысяч рублей штрафа и приговорили к общественным работам. Часть суммы в их пользу собрали жители.
– Тогда, в 2014-м, мы не видели другого способа заставить чиновников взглянуть правде в глаза, – рассказывает Уфимцев. – Десять лет до этого просили, ходили по инстанциям. В ответ получали отписки и обещания. А ведь просили немногого: безопасной дороги для детей, для машин скорой помощи, для техники. Митинг дал эффект – на дорогу выделили 2,8 миллиона рублей. Мало, чтобы сделать новую дорогу, да и для полноценного ремонта немного. К тому же сколько из этой суммы реально пошло на дорогу, сказать трудно. Я видел, как делался этот ремонт – закидали самые страшные ямы щебнем и кусками старого асфальта.
Прокуратура Саргатского района была вынуждена провести проверку и подать иск к областным властям с требованием отремонтировать трассу к сентябрю 2015 года. Но и этот шаг остался символическим. Прошло больше десятка лет просьб, писем в инстанции, отчаянных постов в соцсетях, видео с тонущими в грязи машинами… Дорога остается в том же, если не в худшем, состоянии. До Урусово ее еще периодически латают, как говорит Уфимцев, правда, хватает этого ненадолго. До Деспонзиновки за эти годы тоже несколько раз пускали трактор, чтобы чуть подровнять ухабы. Тем дело и ограничивается. Областные власти регулярно заявляют о масштабных программах, но дорога Саргатское – Новотроицкое в них не попадает. Она уже превратилась в символ – символ разрыва между населением и властью, между центром и периферией, между громкими лозунгами и суровой реальностью. «Зимний асфальт» – не природное явление, а прямое следствие политического выбора властей годами перекладывать свою ответственность на природу и самих жителей.
А пока люди годами бьются за каждый метр асфальта, власть предлагает своеобразное решение – муниципальную реформу, упраздняющую местное самоуправление в селах. Саргатский район, как и другие в регионе, преобразуется в муниципальный округ. Это означает ликвидацию сельских Советов и постов глав поселений. Формально цель – «оптимизация» и «повышение эффективности управления». На практике, как опасаются сами сельчане и как уже показывают подсуетившиеся районы, это окончательный разрыв последних живых связей между властью и народом.
– Муниципальная реформа выглядит странно на фоне хронического недофинансирования инфраструктуры, – комментирует первый секретарь. – Получается, что у государства находятся политическая воля и ресурсы на то, чтобы ликвидировать местные Советы, но отсутствует и то, и другое для того, чтобы обеспечить элементарные условия жизни деревень. Село живет, пока работает, пока может вывезти свою продукцию, пока дети могут учиться. Без дороги нет жизни, без детей нет будущего. Но вместо того, чтобы искать реальные средства, власть занимается административной реорганизацией, создавая видимость бурной деятельности. Это классическая подмена: сложную, но нужную работу по развитию территорий заменяют бумажными преобразованиями, которые лишь маскируют дальнейшее запустение. Нас и так не слышат, а теперь дистанция станет такой же непреодолимой, как многострадальная трасса Саргатка – Новотроицкое.
Наталья Яковлева.
