В Госдуме развернулась принципиальная дискуссия вокруг законопроекта фракции КПРФ, который должен был поставить жесткий барьер на пути экономии за счет инвалидов. Коммунисты предлагали простую и понятную норму: обязать Правительство ежегодно увеличивать расходы федерального бюджета на технические средства реабилитации (ТСР) с учетом инфляции и роста рыночных цен на коляски, протезы и абсорбирующее белье.
Речь идет о жизненно необходимых для миллионов людей вещах – протезах, креслах‑колясках, средствах ухода, без которых инвалид оказывается буквально прикованным к четырем стенам.
Однако партийная машина «Единой России» предпочла не голосовать, фактически похоронив закон уже в первом чтении. За – 107 депутатов (23,8%), а это депутаты фракций КПРФ, ЛДПР, «Новых людей», «Справедливой России», против – 1, не голосовали – 342, преимущественно из «Единой России». Это демонстративное политическое решение: не брать на себя даже формальные обязательства по защите самых незащищенных.
Обухов: «Руки прочь от инвалидов!»
Докладчиком по законопроекту выступил автор - депутат от КПРФ Сергей Обухов. Его выступление было не сухим формальным докладом, а жестким обвинительным актом в адрес существующей системы.
Он напомнил, что от решения Думы зависят более 11 миллионов граждан с инвалидностью, причем около 90% взрослых инвалидов имеют статус бессрочно, то есть фактически пожизненно.
«Для меня этот законопроект близок еще и потому, что я многодетный отец и воспитываю ребенка‑инвалида. Я изнутри знаю многие проблемы, с которыми сталкиваются инвалиды в Российской Федерации», – подчеркнул Обухов.
Главная проблема, обозначенная коммунистами, – «финансовые качели». Обухов привел официальные цифры:
- в 2020 году на ТСР было выделено 32 млрд рублей;
- в 2021-м – уже 42 млрд;
- в 2022-м – снова сокращение почти на 12%, до 37 млрд.
Такая же дерготня и по госпрограмме «Доступная среда»:
- 2023 год – 636 млрд руб. на ТСР;
- 2024 год – скачок до 940 млрд;
- 2025 год – уже 780 млрд;
- 2026 год – и вовсе 752 млрд.
«Подобная амплитуда финансирования не позволяет выстроить какую‑либо стабильную систему обеспечения нуждающихся», – отметил Обухов.
На этом фоне цены на сами средства реабилитации растут галопирующими темпами. По данным благотворительного фонда «Планета без ограничений»:
- санитарный стул для инвалида с 1,5 тыс. в 2022 году вырос до 6–11 тыс. рублей;
- абсорбирующее белье: было 300–600 рублей, стало 750–1200;
- кресло‑коляска с электроприводом: диапазон цен прыгнул с 60–500 тысяч до 150 тысяч – 1,2 млн рублей.
«Экономических предпосылок для возможного снижения цен и расходов на ТСР нет, а в бюджете – реальное сокращение средств для поддержки наших инвалидов», – констатировал Обухов.
Суть законопроекта КПРФ – записать в закон обязательный ежегодный рост расходов на ТСР с учетом инфляции и реального роста цен, а главное – запретить любое сокращение этих расходов.
«Главное условие – недопустимость секвестирования расходов на инвалидов. Руки прочь от инвалидов! Не трогайте расходы на инвалидов – самые незащищенные слои российского общества», – жестко заявил депутат.
«Единая Россия»: против закона
Профильный комитет по труду, социальной политике и делам ветеранов (под контролем «Единой России») дал отрицательное заключение. Содокладчиком выступил единоросс Михаил Терентьев.
Формальный набор его аргументов свелся к следующему:
- в законе не детально расписан порядок «фиксации рыночной стоимости» ТСР;
- прописанное в законопроекте изменение ассигнований через постановление правительства якобы противоречит Бюджетному кодексу;
- и так, по словам правительства, «ассигнования ежегодно увеличиваются», а на 2026 год заложено 102 млрд рублей по одной из статей.
То есть вместо прямой законодательной гарантии – ссылка на подзаконное Постановление № 363 и добрую волю Правительства.
Обухов жестко напомнил об иерархии права: федеральный закон стоит выше любого постановления, а постановление завтра может быть тихо переписано, «даже у Государственной Думы не спросят». Закон же делает защиту инвалидов не объектом текущей конъюнктуры, а юридически закрепленным приоритетом.
Далее единороссы пытались убеждать, что обеспеченность инвалидов ТСР якобы уже доведена почти до идеальных 99,3%. Но и тут фактами их позиция была опровергнута.
Обухов сослался на официальный портал госпрограмм:
- в 2024 году реальная обеспеченность – около 89%,
- в 2025 году показатель падает до 85,6%.
«То есть ни о каком росте, ни о каком улучшении ситуации с обеспечением наших инвалидов техническими средствами реабилитации нет. Это, скажем так, в данном случае не соответствует действительности», – подчеркнул он.
Наконец, аргумент о том, что действующая система распределения субвенций «учитывает стоимость ТСР», разбивается о живые примеры. Обухов напомнил, что расчет субвенций идет исходя из цен прошлого года:
«Из-за этого, например, жители московских районов Гольяново и Восточный столкнулись с дефицитом ТСР и были вынуждены приобретать их за свой счет. Это мой избирательный округ».
Куринный: «Инвалид не должен ждать, когда государство соизволит»
Вступая в полемику с Терентьевым, депутат от КПРФ Алексей Куринный поставил главный нравственный акцент:
«Инвалиды должны получать средства реабилитации полностью – не с недостатками, не с отставанием, не с дефицитом. Счетная палата регулярно на протяжении последних пяти лет нам пишет: вы заложили деньги с дефицитом, денег не хватает. В этом году у нас тоже дефицит на 2026 год, несмотря на беспрецедентный рост расходов».
Он напомнил, что речь идет о самой незащищенной части общества, для которой фраза «подождем годик‑два» – это лишние годы страданий, неподвижности, зависимости от родственников.
Куринный обнажил и еще одну сторону проблемы – хаос в системе госзакупок и уход государства от прямых обязательств:
- многомесячные конкурсы, которые срываются или затягиваются;
- закупка не того, что реально нужно людям;
- электронный сертификат, который подают как «волшебное решение», но который не покрывает полной стоимости современных средств реабилитации и лишь частично подставляет плечо там, где государство не справляется.
Он справедливо отметил, что:
«Абсолютно точно должен быть сегодня персонифицированный учет… четкий расчет, сколько надо на год, и всю сумму надо закладывать в начале года. На это и направлена основная мысль законопроекта – не ждать, не надеяться, не ловить очередное замечание Счетной палаты, а изначально вкладывать нужный объем средств».
При этом Куринный напомнил о новой большой группе инвалидов – уволенные участники СВО, для которых бионические протезы стоят уже не сотни тысяч, а от миллиона рублей, и эта нагрузка ложится в те же строки расходов.
Личная правда и разоблачение статистики
Особый резонанс вызвала часть выступления Обухова, где он показал, как через статистические манипуляции обосновывается сокращение социальных расходов.
По данным Федерального реестра инвалидов, с 2020 по 2022 годы фиксируется одинаковое «сокращение» количества инвалидов – ровно на 320 тысяч человек за год. Ни больше ни меньше, как под копирку одинаковые цифры. Такие странные сокращения напрямую используется как аргумент в пользу урезания финансирования.
Обухов рассказал и о личном опыте: его слепой от рождения ребенок ежегодно был в течение ряда лет обязан проходить переосвидетельствование, чтобы комиссия снова признала очевидное – инвалидность никуда не делась. Он привел и вопиющие примеры из регионов:
- ребенка без глаза лишают инвалидности после 18 лет;
- девочке с тяжелым генетическим заболеванием отказывают в инвалидности по формулировке «выглядит позитивно, значит, не больна».
Эти истории наглядно показывают, как статистика «улучшается» за счет людей, а затем на основе этих «улучшений» режутся социальные статьи.
В чем суть спора на самом деле
Представитель «Единой России» Терентьев многократно уводил разговор в сторону «методики», деталей индексации, процедурных нюансов, утверждая, что «механизм индексации не будет работать» и что «надо сначала разработать методику справедливого определения стоимости изделия под конкретного человека».
Обухов четко поставил точку в этой подмене:
«Коллега Терентьев говорит, что законопроект – о методике. Он о принципе. Давайте законодательно закрепим принцип, что мы обеспечиваем минимальные потребности самых обездоленных граждан Российской Федерации… Все остальное – юридическая техника, которая легко устраняется ко второму чтению».
То есть коммунисты предложили концепцию: запрет сокращать расходы на инвалидов и обязанность ежегодно повышать финансирование не ниже уровня инфляции и реальной стоимости ТСР. Все неточности формулировок по регламенту как раз и должны устраняться между первым и вторым чтениями.
Но до второго чтения «Единая Россия» закон просто не допустила.
Голосование, которое все объясняет
Финал обсуждения оказался показательным. Обухов прямо сказал с трибуны:
«Мы сейчас наверняка услышим от партийных «кнутов» партии «Единая России»: коллеги, не голосуем. … Вот сейчас вы будете голосовать за поддержку или не поддержку реальную инвалидов».
Так и вышло:
- «за» – 107 человек,
- «против» – 1,
- не голосовало – 342.
Молчаливое, но абсолютно внятное политическое решение: не связывать правительство и себя никакими твердыми социальными гарантиями в пользу инвалидов, оставить все на уровне постановлений и ручного режима.
Закон КПРФ не прошел, но дискуссия в зале ясно показала две модели отношения к тем, кто живет с инвалидностью:
- либо твердые, закрепленные в законе гарантии и запрет экономить на колясках и протезах;
- либо бесконечные разговоры о «методиках», ссылки на подзаконные акты и статистику, которая каждый год «улучшается» за счет лишних переосвидетельствований и отказов.
КПРФ в этой дискуссии заняла однозначную позицию:
«Руки прочь от инвалидов! Руки прочь от их пособий, их лекарств, их средств реабилитации. Эти расходы – не поле для игры в бюджетные качели, а святая обязанность государства».
И именно по этому принципиальному вопросу думское большинство «Единой России» сделало свой выбор против интересов 11 миллионов инвалидов – выбор, который общество вправе запомнить.
